Запретный плод





Баскетбольный мяч отскочил вверх от дужки кольца и полетел в направлении аута. Из-за широкой спины защитника, словно томагавк, взлетел черный силуэт. Длинные пальцы, казалось, только слегка дотронулись до кожаного шара, но этого хватило, чтобы изменить траекторию полета. Обеими руками перехватив мяч, Нил забросил сверху.
— Семь ноль девочки, — пробасил Нил Стивенсон, поигрывая мышцами. Двухметровая фигура темнокожего атлета заметно выделялась среди остальных игроков. Он подобрал мяч, сжал двумя руками, показывая, что его бицепсы не уступают в размерах кожаному шарику. – Партия сделана. Кто бежит за пивом?
— Похоже, Джексон уже заказал вертушку ради такого дела, — с усмешкой сказал светловолосый здоровяк в желтой форме.
Взгляды игроков устремились в небо, выискивая вертолет. Со стороны пылающего заката нарастал слабый гул, вскоре на западе, среди небоскребов, показалась массивная черная конструкция. Вертолет приблизился и завис над баскетбольной площадкой. Игроки прикрывали глаза ладонями, спасаясь от поднимающихся клубов пыли, только Нил Стивенсон стоял, не шелохнувшись, словно черная скала.
Вертушка мягко опустилась на землю, открылась боковая дверь, из проема выбрался человек в штатском. Быстрыми шагами он приблизился к Стивенсону и протянул трубку спутникового телефона.
Несколько секунд Стивенсон стоял молча. Когда речь в телефоне прекратилась, Нил гневно прокричал:
— И ты звонишь мне, чтобы сообщить о том, что кто-то взломал систему защиты порно сайта два часа назад?
— Да. Но это не главное, — ответил собеседник.
— Хм…Ты забыл упомянуть имя порно актрисы?
— Мы проследили сигнал – он исходил из Антарктики, скрипты показали, что язык операционной системы взломщика – русский. По нашим данным никакой зарегистрированной группы в этом районе не должно быть, это пахнет международным скандалом. Так что запрыгивайте в вертолет, он доставит вас к мысу Доброй Надежды, на борту ледокола «Святой Патрик» вас будет ожидать команда «Альфа», дальнейшие распоряжения получите на месте.
— Мать вашу п…, — Стивенсон не успел закончить фразу, трубка разразилась короткими гудками.

В помещение пищеблока зашел боец в зимней форме белой окраски, аккуратно снял с плеча АКМ и присел за стол.
— — Слышь Колян, ООН’овцы каким-то образом вычислили нашу лабораторию, так что собираем вещички — сказал вошедший вояка. – Не удивлюсь если это проделки нашего геолога.
— Я не геолог, я охотник за метеоритами – «охомер», — обижено произнес парень, сидящий на противоположном конце стола. Закутанный в зимнюю куртку с капюшоном, он то и дело снимал варежку с правой руки и водил пальцем по точпаду ноутбука. – И вообще, я уже не видел женщин целую неделю, так и с ума сойти не долго, могли бы депортировать парочку курсанток в этот морозильник.
— Говорят воздержание полезно для мозга, тебе как раз этого не хватает, — сказал Колян, на широком лице показалась наглая ухмылка. Он поставил на стол тарелку с горячей порцией борща для товарища, а сам принялся макать сухарик в чай.
— Между прочим, я магистр техники и технологий, кандидат физико-математических наук, — запротестовал охотник за метеоритами.
— Если справишься с задачей, то мы сразу же свалим отсюда, — сказал боец, прихлебывая борщ.
— Мне требуется еще пять дней на расшифровку, а потом…
— У нас есть только два. Потом объект придется ликвидировать.
— Как ликвидировать? – недоуменно спросил парень. – Это же сенсационная находка для науки…
— В первую очередь государственная безопасность, — ответил Колян. – Если ты не знал, военная деятельность и добыча природных богатств по Договору в Антарктике запрещена. Малейшая зацепка и нас затаскают по судам.
— К черту вашу политику! – возразил охотник за метеоритами. – Из-за ваших войнушек цивилизация и так уже не досчитывает тысячи открытий и изобретений, сколько пользы бы вышло, если убрать все эти дурацкие правила!
— Ни тебе это решать молодой. Делай свою работу и радуйся жизни.
Закончив трапезу, бойцы вышли из пищеблока. Зазвонил спутниковый телефон, парень нажал кнопку связи, на экране появилось расплывчатое изображение. Потрескивая, видеофон выдал порцию нечленораздельных звуков. После удара по корпусу, аппарат заработал значительно лучше.
— Вячеслав Дмитриевич, что же вы творите?! – недовольным голосом произнес краснолицый мужчина из-за стекла.
— А что такое? – вполне искренне переспросил Вячеслав.
— Вы еще имеете наглость спрашивать? По вашей вине работу над проектом будет прекращена, вас эвакуируют, через сорок восемь часов, пещера будет взорвана.
— Да что вы там с ума посходили?! Мы находимся на грани открытия, возможно, придется переписывать все историю, а вы мне говорите – будет взорвана. Ну, сорвался разок, с кем не бывает, но не взрывать же из-за этого пещеру.
— Через двое суток к вам пожалует спецгруппа ООН, к этому моменту вы должны будете собрать свои пробирки и покинуть пещеру.
— Я надеюсь, мы попробуем выкорчевать осколок изо льда?
— Ни в коем случае, если вас поймают, вы должны быть чистыми. Осколок будет погребен во льдах.
— Да вы ни хрена не понимаете какую ценность он несет! – сорвался на крик Вячеслав. — Это же искусственно созданный бакиболл красного цвета. Ни одна лаборатория в мире не способна получить такое вещество. А появиться в природе эта штуковина просто не могла. Этот осколок подтверждает мою теорию. Вы не можете вот так взять и все уничтожить. Я не позволю!
— Тогда вас уведут силой, — тихо, но отчетливо произнес мужчина. – Безопасность страны важнее каких-то там боллов. У вас есть сорок восемь часов – дерзайте.
Связь прервалась.
«Они ни хрена не понимают!» — повторил про себя Вячеслав. Он потратил три года на разработку программы по поиску точек местонахождения особых метеоритов. Смог выбить ссуду на проект «семена знания» и организовать секретную экспедицию в Антарктику, и все это будет зря, из-за какой-то политики. Ну, уж нет, он доведет дело до конца.

Полная луна освещала путь трем гусеничным вездеходом, самый большой из них, похожий на двухэтажный дом, ехал впереди, оставляя широкие следы на неровной поверхности льда. Нил Стивенсон занял место в кабине, за его спиной расположился блок связи и пара мониторов, на которых то и дело высвечивались разные диаграммы.
— Мы получили шифровку, сэр, — нарушил тишину голос связиста. — Похоже у них на станции какая-то заварушка. Один из русских прислал нам данные его исследований и несколько своих научных работ. Сейчас я соединю вас с базой.
Через пару мгновений в наушниках Нила раздался сигнал связи с «Большой землей»
— Что там интересного? — спросил Стивенсон. – Только давайте кратко.
Специалист на том конце соединения несколько секунд молчал, собираясь с мыслями, чтобы ответить емко.
— Они нашли осколок красной скалы. По словам русского, структура скалы представляет из себя соединение диамонида и фуллерена С-60 – это самое прочное вещество на земле, в сотню раз прочнее обычного алмаза.
— Что за фуллерен?
— Фуллерен или бакиболл — крохотное образование, шарообразная структура, состоящая из нескольких десятков углеродных атомов. В природе существует три разновидности чистого углерода. Первый — тот, благодаря которому зародилась жизнь на Земле. Два других — графит и алмаз. Бакиболл более прочный и упругий.
— Что за чушь на счет зарождения жизни, — оскалившись, спросил Стивенсон.
— Жизнь на Земле представлена в двух основных формах, — ответил специалист. — В виде двойной спирали — нити ДНК в хромосомах человека и высокоразвитых животных, и в виде вирусов, которые имеют структуру футбольного мяча. Две формы С-60. Две основные формы жизни на Земле. И то и другое возникло на основе углерода.
— Ладно, черт с этим. Этот русский, он выдвинул какие-нибудь требования?
— Он просил поторопиться, иначе осколок будет потерян во льдах.
Стивенсон обратился к водителю:
— Сколько по времени нам добираться до базы?
— Восемь часов, сэр.
— Хм…надо сократить до пяти.

— Эй, геолог хватит дурить, давай выходи, иначе останешься тут со своим осколком навечно.
Двое бойцов склонились над иллюминатором в стальной двери, один из них держал наготове автомат. Вояки пожалели, что построили заграждение на входе в пещеру. Поначалу они собирались вести подрывные работы, но обстоятельства изменились, а бронированная заглушка осталась, чем и воспользовался Вячеслав, замуровав себя изнутри.
— Сколько раз вам повторять, я не геолог, я – охомер, — отозвался Вячеслав из-за двери. – Проваливайте без меня, я остаюсь.
Вячеслав прошелся по камере. Зеленая полоска заполнила емкость таблички на семьдесят процентов, оставалось еще два часа тридцать семь минут. «Хорошо, что захватили с собой мощный лазер и кое-какое оборудование, остается шанс разгадать древнюю загадку» — подумал про себя Вячеслав.
— Геолог, последний раз спрашиваю. Ты выходишь?
— Нет!
— Ладно, хрен с тобой. Мы тут повесим таймер, чтобы ты мог видеть время, через три часа пещера будет взорвана. Счастливо оставаться.
— Пошли вы…
За дверью прогремели отдалявшиеся шаги. Вячеслав расстегнул молнию на палатке и шагнул внутрь. Изо льда торчал кусок красного кристалла, похожий на наконечник огромного копья, на самом краешке виднелось утолщение в виде шара полметра в диаметре, а в самом шаре отчетливо просматривалось темная объемная форма. Вячеслав назвал ее яблоком за сходство с плодом.
Пробраться к яблоку не было никакой возможности — структура кристалла прочнее алмаза в сотни раз. Удалось лишь слегка поцарапать поверхность с помощью лазера. На основе маленьких частичек пыли и пытался произвести анализ Вячеслав. Еще он обрел подтверждение своей теории о «семенах знания». Адам и Ева, Ньютон, Макинтош, их всех связывало одно обстоятельство – образ яблока. Каждый из них обладал знаниями, и способ их получения каким-то образом был связан с яблочным плодом. Наверняка были и другие, кто находил необычные плоды, возможно, многие остались неизвестны истории, но Вячеслав верил в свою теорию о загадочном элементе, который мог содержать в себе скрытые знания. Элемент, который есть и в чернилах, которыми мы пишем, и в нас самих. Может быть газом и присутствовать в человеческом мозге. Он входит в состав сотен тысяч соединений и способен дарить жизнь. Осталось только вкусить запретный плод. Но каким образом?
Вячеслав сидел, «гипнотизируя» кристалл, пока не услышал писк приборов. Впопыхах он выбежал из палатки и случайно задел рукой один из штативов с приборами. Стеклянные колбочки полетели на пол. Чертыхаясь, Вячеслав принялся собирать остатки целых колб и поранил палец о битое стекло, на коже мгновенно показалась капелька крови. Залечивать ранку времени не было, он и так потерял драгоценные секунды на ерунду. Подойдя к столу с компьютером, Вячеслав побледнел – на экране появились результаты расшифровки. Непонятная галиматья из букв и цифр составляла документ в тысячи страниц. Поводя пальцем по точпаду и убедившись, что весь документ представляет собой бессвязный текст, парень без сил съехал на пол. Все оказалось бесполезно, технической мощи компьютера не хватило, чтобы расшифровать информационный код, заложенный в кристалле. Взгляд упал на циферблат за дверным иллюминатором – одиннадцать минут, это конец, после взрыва его уже никто не найдет.
Последние минуты жизни Вячеслав решил провести рядом с кристаллом. Он подошел к выступу и аккуратно положил ладонь на поверхность, в жесте прощания. Порезанный палец защипало. Парень в испуге отдернул руку. Поверхность кристалла впитала капельку крови, словно губка. Его осенила внезапная мысль. Он помчался к столу, схватил пробирку, в которой оставались частички фуллерена, и принялся наливать в нее разные жидкости. Когда препарат был готов, он набрал дозу и сделал себе инъекцию. С последней надеждой парень шагнул в палатку.
Вячеслав прислонил ладонь к красной поверхности, надавил. Ничего. На таймере оставалось пятнадцать секунд, которые неумолимо истекали. Вячеслав собрался с силами и повторил попытку, ему показалось, что камень потеплел. Точно, так и есть, ладонь на несколько миллиметров погрузилась в скалу. Еще усилие и рука по локоть вошла в глыбу. Таймер запищал, три, две, одна…
На поверхность вырвались потоки снега, пещеру накрыло глыбами льда.

Нил Стивенсон схватил одного из вояк за плечо.
— Ну что есть кто живой?
— Тепловизоры показывают на глубине десяти метров какой-то объект, возможно, это человек.
— Так чего вы ждете, олухи?!
— Переносная буровая установка уже запущена, через полчаса мы вытащим объект на поверхность.
Стивенсон отправился в кабину вездехода, ждать на открытом воздухе было не выносимо, холод пронизывал до костей, не спасала и спецодежда. К тому же по спутниковому телевидению начиналась вторая четверть матча между Лос-Анджелес Лэйкерс и Хьюстон Рокетс.
Когда замороженное тело Вячеслава транспортировали в кабину вездехода, никто не ожидал от него признаков жизни. Но случилось чудо, сначала зарозовели его щеки, потом появилось дыхание. Вячеслава переложили на операционный стол и подключили к прибором, все показатели были в норме, он просто спал.
Стивенсон, ухмыляясь, посматривал на спящего.
— Чертовы русские, вечно что-нибудь учудят. При нем что-нибудь обнаружили?
— Нет, сэр, — ответил врач. – Точнее есть кое-что.
— ?
— Вот это.
Врач указал на зажатое в ладони Вячеслава надкусанное яблоко.

(Цифра 6, 1 сегодня)




Еще почитать:

Нет пока комментариев.

Добавить комментарий