Ловушка разума





Прочесть в журнале:

Ловушка разума

Ловушка разума

Смутное воспоминание о чем-то важном, как тонкий аромат фенхеля, исчезло, не успев раскрыться. Яркая вспышка, новая сила, взывающая к пробуждению. Сознание зажглось, словно от щелчка переключателя, я огляделся. С обеих сторон многоуровневые стеллажи подпирают высокие потолки гигантского помещения. Полки завалены тысячами книг, но я не знаю ни одной библиотеки, которая могла бы вместить столько литературы. Мягкий стелящийся свет заполняет пространство, воздух наполнен терпкими запахами старинных фолиантов. Я направился вдоль ряда, послышался шелест перелистываемых страниц, за книжной стеной кто-то произнес:
— Необходимо осмотреть тома, названия которых начинаются на «кар», возможно, какие-то из них могут иметь отношение к преступлению. В предсмертной агонии убитый пытался что-то написать на полу своей кровью. Слово начиналось на «кар», на следующей букве он испустил дух. Что это может быть? Картина, карта, каратель, караван…
Сквозь узкие зазоры между полками был виден только серый плащ незнакомца.
— Личность убитого установлена? – спросил я.
— Нет, но известен способ причинения смерти — сквозное ранение в грудь, предположительно острым продолговатым предметом.
Я не видел способа пробраться к собеседнику, казалось, стеллаж бесконечен и утопает в полумраке с обеих сторон.
Мое внимание привлекла одна из книг, стоявших на уровне груди. Красный бархатистый переплет с золотым тиснением. Я вытянул ее с полки, сдул пыль. На обложке узорчатыми буквами напечатано название – «Картография». Я хотел открыть ее, но книга выскользнула из рук и упала на пол, раскрывшись. Я услышал звук, похожий на скрежет карандаша по бумаге. На станице появились линии, которые соединяясь, образовали объемные контуры. Все забегало, закрутилось, переплетаясь в неясном узоре рисунка. Играя в переливах теней, на бумаге вырастали дома, распрямлялись дороги, разливались реки и озера. Словно вышедшая из-под руки невидимого художника, предо мной раскрылась необычная картина. Я присел на одно колено, чтобы лучше рассмотреть удивительное творение.
Очертания суши по своей форме напоминали след от человеческой ноги. На востоке и западе бушевали моря, на юге, окруженные вековыми лесами, возвышались величественные горы с острым шпилем в виде старого маяка, протыкающего небосклон. На севере сушу покрывали зыбучие пески, непроходимые болота и топи, из которых торчали руины разрушенных замков. В самом центре рисунка расположились джунгли бетонного города. Дороги пересекались, извивались под разными углами и резко обрывались, иногда скрываясь под землей. Городской центр омывался двумя реками на севере и юго-западе. Внимание привлекли три больших строения: два высотных здания и одно похожее на стадион или древний Колизей. Чем дольше я всматривался в карту, тем сильнее во мне крепла уверенность, что этот необыкновенный нарисованный мир начинал оживать. Вот я уже слышу тихий шелест листвы на ветру, с гулким рокотом журчит лесной водопад, эхом отзывается стук колес электропоезда, проносящегося через горные тоннели. Мне даже показалось, что я могу различить человеческие голоса, доносящиеся с центральной улицы мегаполиса.
Увлекшись картиной, я позабыл о загадочном собеседнике. Я почувствовал на себе чей-то тяжелый взгляд. Из пространства между верхушками книг и полкой на меня смотрело бледное лицо мужчины. Его брови сошлись на переносице, наполовину прикрывая черные маслины глаз. Леденящий взгляд пронизывал меня насквозь. Я отшатнулся, позади тихо скрипнула половица. Спину пронзила резкая боль, из груди вырвался острый белый шип. По гладкой поверхности наконечника заструилась кровь. Первая капля сорвалась с шипа, словно в замедленной съемке она полетела на страницу с картой. Я точно знал — как только она упадет, все закончится, не успев начаться. Медленно кадр, за кадром, капля приближалась к цели. Проследив траекторию полета, я увидел ту часть картины, которой будет суждено окраситься в красный цвет. Небольшое здание на пустынной улице с зеленой вывеской «Бар-а-куда». Тишину разорвали громкие завывания ветра, воздух наполнился свежим запахом озона после дождя. Улицу окутала огромная тень, с глухим ударом капля накрыла все вокруг.

Кап. На белоснежной скатерти появилось маленькое красное пятнышко. Я накрыл его розеткой с ломтиками хлеба, поднес салфетку ко рту. Мягкие волокна бумаги с жадностью впитали солоноватую жидкость. Странно, у меня никогда не шла кровь изо рта. Что это – стресс, нервы или просто утомился? На стол плюхнулась тарелка с жирным куском мяса.
— Ваш бифштекс.
Я не сразу сообразил, что девушка, в форме официантки, обратилась ко мне.
Черные волосы обрамляли худое лицо, темные круги под глазами подчеркивали его бледность. Тонкие пальчики сжимали алюминиевый поднос. В ее застывшей позе угадывался какой-то намек, подсказка, может быть легкий флирт. Я улыбнулся уголками губ и ответил:
— Спасибо.
Официантка сделала заметку в блокноте и, не спеша, отправилась за стойку. Я огляделся. Небольшая закусочная на пять столиков. В зале звучит незатейливая музыка. За соседним столом молодая парочка, в углу, у окна, расположился усатый мужчина в клетчатой рубашке. Мое внимание вернулось к бифштексу, вид у него был измученный, со следами ударов и множественных порезов на подгоревшей корочке. Ну да ладно, пахнет чем-то съедобным. Ноздри втянули аромат жареного мяса, я облизнулся. Руки потянулись за ножом и вилкой. Лакомый кусочек был на пол пути до моего рта, когда мозг пронзила внезапная мысль. Как я здесь оказался? От следующей мысли аппетит пропал полностью. Я не помню кто я! Вдоль позвоночника пробежал ледяной ручеек, волосы на теле зашевелились. Да, со мной в жизни ничего подобного не происходило. Я ударил себя ладонью по лбу. Какой жизни? Я ведь не помню ничего. Официантка заметила мое перекошенное лицо и спросила из-за стойки:
— С вами все в порядке? Что-то случилось?
— Нет, нет. Все нормально.
Я загнал кусок мяса в рот, принялся жевать через силу. Мысли как тараканы разбежались по углам. Надо собраться, сосредоточиться.
Я поднялся, направился в туалет.
Не дожеванный кусок полетел в корзину с мусором, пальцы принялись быстро откручивать вентиль холодного крана. Какое-то время я держал голову под ледяной струей воды. Память не вернулась, но сознание немного прояснилось. Я взглянул на себя в зеркало: здоровый, плечистый, прямые скулы, небритое лицо мужчины лет двадцати пяти. Может, я был спортсменом, каратистом? Шпион, точно! Секретный агент. Правительственное задание, меня поймали, пытали, потом возможно отравили, потеря памяти это лишь на поверхности. Нет. Ерунда. Ликвидировали бы просто. И что мне теперь делать?
Я посмотрел на ладони. На фалангах пальцев вытатуированы буквы. Два слова. На левой руке – «карта». На правой – «беги!». Что за черт? Какая еще карта? Я стянул галстук, расслабил воротник рубашки. Мое внимание привлекла черная полоска на теле, выглядывающая из-под одежды. Я судорожно начал расстегивать пуговицы. На корпусе татуировка в виде карты города. На плече компас, стороны запад и восток на нем изображены, почему-то наоборот. В области солнечного сплетения нарисовано многоэтажное здание и обведено в кружок, чуть ниже подпись мелким шрифтом – «Азур — пункт назначения».
Карта не напоминает ни один из известных мне населенных пунктов. Да и несуразная она какая-то, странная. Дороги резко заканчиваются и упираются в поля, дома, а то и прямо в озера. Особо тщательно прорисованы три больших здания. Границы города словно стерты, утопая в тумане.
Выхожу из туалета, главное не показывать паники. Может, они за мной следят или это какой-то эксперимент, телевизионное шоу. Я зашел в зал. Атмосфера изменилась, воздух стал более тягучий, вязкий. Я проследовал к своему столику, по ходу стараясь фиксировать все необычное. Из-за стойки показалась пышногрудая кассирша, одетая в коричневый свитер, появилась вторая официантка, молодые люди, светловолосый парень в сером костюме и рыжеволосая девушка в красном платье, сидят там же. Я обратился к ним:
— Не подскажите, который час?
Парень озадаченно пожимает плечами. Я замечаю, что у его спутницы на часах отсутствуют циферблатные стрелки. В зале тоже нет часов. А что если просто уйти? Остановят? Погоняться следом? Кассирша как-то странно проводит меня взглядом, готовая наброситься, словно бульдог на квартирного воришку. Дверь с тихим щелчком закрылась за спиной.
Передо мной пустынная улица, мрачные бетонные коробки домов, потрескавшийся асфальт, каменная мостовая. Судя по маленьким лужицам на пешеходной дорожке, можно предположить, что здесь недавно шел дождь. Возможно, люди разбежались по углам, прячась от разбушевавшейся стихии. Я простоял несколько минут в ожидании хотя бы одного прохожего, но все было напрасно. Ни одного признака клокочущей цивилизации, лишь низкие завывания ветра в провисших проводах. Серое скучное небо без единого намека на солнечный просвет. Только сейчас заметил, что предметы не отбрасывают теней! Как такое возможно? Возвращаюсь в закусочную, подхожу к стойке.
— Не подскажите, как мне добраться до…
Я оборвал фразу. Куда добраться? Я даже не знаю, куда мне надо. В памяти всплыло отражение карты, высотное здание, обведенное в кружок.
— Не подскажите, как мне попасть в Азур?
Девушка за столиком поперхнулась, залилась кашлем. Столовые приборы звонко ударились о пол. Ее спутник вскочил и принялся похлопывать ее по спине.
— Я что-то не то спросил?
На мой вопрос обернулась черноволосая официантка. Ее тонкие, изящные черты изменились и теперь выражали непроницаемую бесчувственность, из холодных черных глаз на меня взирала всепоглощающая пустота. В ее руке сверкнуло лезвие столового ножа. Она молча бросилась на меня. Позабыв о приличии, я подчинился инстинкту самосохранения, нога метнулась в воздух и оттолкнула нападающую в сторону. Кассирша схватила меня за шею и принялась душить. Вырываясь из захвата, я крутанулся на стойке и успел заметить, что выход перегородил мужчина в клетчатой рубашке, в руке он сжимал стальную ножку от стола. Со стороны зала в мою сторону надвигались официантки, вооруженные столовым приборами, молодая парочка тоже не заставила себя ждать и, вооружившись стульями, они начали подкрадываться с правого фланга. Всех нападающих объединяли – абсолютно черные глаза, леденящий душу взгляд и полное отсутствие эмоций. Словно марионетки в руках невидимого кукловода, они осуществляли его чертовский план.
Я побежал в туалет, запер дверь на защелку, но надолго этой меры не хватит. Необходимо разобраться в ситуации, выяснить, что они от меня хотят. Не может же все сводиться к банальному убийству, в этом не прослеживается никакой логики. «Думай же!» — проговорил я, схватив себя за голову. Должно быть рациональное объяснение. Карта! Все началось с нее, небоскреб, загадочное слово «азур», точно, оно послужило своеобразным катализатором всеобщего помешательства.
Что дальше? Краем глаза заметил, как в зеркале мелькнула тень. По стеклу побежали трещины. Выдавливая осколки, на пол вывалилась черная тварь, похожая на осьминога. Ко мне потянулись её толстые щупальца с костяными наконечниками. Я отпрыгнул в сторону, налету поднял осколок стекла. Первая атака монстра была отбита, позади стена, до маленького окошка под потолком я вряд ли успею дотянуться, остается только драться, продолжать бороться, не рассчитывая на победу, но ради борьбы. Дверь слетела с петель, в помещение ворвались люди. Одно из щупалец подцепило меня за ногу, я повалился на пол, люди прыгали сверху, цеплялись в одежду, хватали за руки, чьи-то зубы впились в мою ногу, я не мог пошевелиться под грудой тел. В воздухе мелькнул костяной шип, боль пронзила грудь. Я смог освободить руку, схватил наконечник, попытался вырвать. Последовал следующий удар в область сердца, сознание погрузилось во тьму.

Кто-то дернул меня за плечо.
— Молодой человек вы выходите на следующей?
Я вздрогнул, открыл глаза. Сквозь стекло мелькают провода, бетонные перекрытия, настенные фонари. В ушах гул, равномерный стук колес стального червя. Рука сжимает поручень с такой силой, что побелели костяшки. Надо же было такому причудиться!
— Так вы выходите?
— Я…
В динамиках раздался голос диктора: «следующая остановка…». Он не договорил. Я спросил рядом стоящую старушку.
— Какая остановка? Я не расслышал.
Она подняла на меня взгляд. Ее глаза начали менять цвет с зеленых на черные. Я отшатнулся, поезд остановился, двери со скрипом открылись. Старушка схватила меня за край пиджака, потянула к себе. Кто-то сзади положил ладонь мне на плечо, сжал. Еще одна рука взяла за локоть. Я дернулся вперед, выпрыгнул из вагона. Странные пассажиры смешались с толпой. Сбегая с эскалатора, я столкнулся с милиционером.
— Парень, что-то случилось? Куда ты так несешься?
— На меня хотели напасть. Какие-то странные люди в метро. Вон, они поднимаются!
Я указал на эскалатор, за телами обычных людей показались двое мужчин с черными глазами. Они направились к нам. Я дернул милиционера за рукав:
— Скорее надо уходить. Бежать!
— Погоди, ты случайно не больной? Документы есть?
— Да какие документы?
Тут меня осенило. Я наверно сплю, надо проснуться. Что там для этого делается. Ага, ущипнуть себя. Не выходит, все осталось на месте, милиционер продолжает смотреть на меня, как настоящий.
— Что это у тебя с руками? – спросил блюститель порядка.
Я взглянул на ладони. На пальцах татуировки в виде двух слов: «карта» и «беги!». Что это значит? Откуда это взялось?! Судорожно оглядываясь по сторонам, я пытался отыскать в памяти объяснение происходящему. На стене, около банкомата, изображены линии метро. Сразу бросаются в глаза три больших закрашенных кружка, один выделен особенно ярко, ядовито зеленым цветом, кто-то маркером рядом подписал слово – «Азур». Я мгновенно вспомнил прошлые события. В голове промелькнули образы закусочной, странных официанток, чудища из зеркала.
Черноглазые люди из вагона приближались, милиционер, наконец, заметил их:
— Граждане, разрешите ваши документики?
Двое грубо оттолкнули лейтенанта.
— А ну стоять!
Милиционер выхватил табельный «Макаров», но угроза не подействовала. Я побежал к выходу. Раздались выстрелы, заглушенный крик. Я взглянул на пальцы: «беги!». Бегу, бегу, только вот куда? Надо более тщательно осмотреть карту, перерисовать на бумагу.
На улице та же картина, как и в прошлый раз: серое небо, отсутствие солнца и теней. Однако обстановка оживилась, появились прохожие, транспорт.
Увидев желтую волгу с черными шашечками на двери, я выбежал на проезжую часть, размахивая руками. Машина притормозила у бордюра. Прыгаю на заднее сиденье.
— Шеф, гони к Азуру.
— Это невозможно! В том районе движение перекрыто.
— Да что за чертовщина. Едем куда можно, только быстрее свалить отсюда.
— Это уже более осуществимо.
Авто тронулось с места. Через окно я видел, как из метро выбежали несколько человек, и, как по команде, остановились. Их взоры были обращены на машину.
Пока ехали, я осматривался, пытался вспомнить хоть что-нибудь. Улицы мне не знакомы, но создавалось впечатление, что я все-таки здесь уже был. Во сне. Точно! Эта улица из сна! Получается, что я все-таки сплю?! Я обратился к водителю:
— Что это за место?
— Улица строителей, – совершенно спокойно ответил он.
— Нет, я не об этом. Что это за место вообще? Страна, город, мир?
Водитель не ответил. Мне показалось это странным, я дернул его за плечо.
— Эй! Ты меня слышишь?
Он обернулся. На лице злобный оскал, черные глаза сияют ненавистью. Шофер вдавил педаль газа в пол. Спидометр зашкалил, меня бросило на сиденье.
Все произошло мгновенно. Из-за поворота вылетела фура бензовоза. Удар. Тело по инерции летит вперед, голова пробивает лобовое стекло, жуткий хруст. Тьма.

Холод вернул меня к жизни, сердце забилось с удвоенной скоростью, в голове прояснилось, я открыл глаза. Вода обволакивает тело, крутит и затягивает вниз. Я принялся грести руками по направлению к свету. Кислород на исходе, в висках заломило. Еще один рывок, меня выбрасывает на поверхность. Глоток свежего воздуха. Я зря обрадовался: следующей волной меня снова накрыло, потянуло вниз. Новые усилия. Еще один спасительный вздох. Во время третьего рывка я заметил берег, метрах в трехстах от меня. Не знаю, сколько времени продолжалась моя борьба со стихией, я потерял сознание.
Очнулся уже на берегу, волосы в песке, полный рот соленой воды, над головой покрикивают чайки, тихий шум прибоя. Я попробовал подняться, мышцы заныли, голова кружиться. Необходимо выкрутить одежду, как-то просушить, пришлось раздеться до трусов. Взгляд скользнул по татуировке. Карта города занимает весь живот и грудь, на плече компас, на пальцах слова – «карта» и «беги!». Я огляделся. Слева отвесные скалы: серые, угрюмые, покрытые острыми каменными пиками, справа море: синее, с белой пенкой у побережья, на горизонте сливающееся с небом. Движение возможно лишь вдоль берега. Вопрос только назад или вперед? За огромным валуном, показался дым от костра. Ну, хоть отогреюсь или может, накормят. Связав одежду в узел, я направился вдоль прибрежной линии.
Над костром висел котелок с водой, вокруг распространялся запах вареной рыбы. Я разложил вещи на камне. На одном из валунов, возле воды сидит старик в сером балахоне, голова скрыта под капюшоном, в руках удочка. Я взобрался на валун, присел рядом.
— Клюет?
— И тебе здравствуй, – ответил старик, не оборачиваясь.
— Я там вещички разложил, подсушиться. Ничего? Не скажешь, что это за место такое?
— А ты сам не помнишь?
— Н-нет…
— А карта тебе на что?
— Карта?
Я опустил взгляд, внизу на уровне печени вытатуирован небольшой остров. На нем виднеется гребень скал. Я указал пальцем в центр острова.
— Так это что же, мы сейчас здесь?
— Точно.
Я развел руки в стороны, и спросил:
— Но что это за место вообще?
— Это мир снов.
— Какой еще мир? Разве у снов может быть свой мир? Это же иллюзия, майя. Сны это же… Фигня какая-то… я запутался.
Старик глянул на меня снисходительно и проговорил:
— Если что-то существует, то оно должно иметь свое место. Чтобы тебе не снилось: ужасы, родной дом, работа, сказочные места – все это находиться в городе снов.
— …
— Ты мне не веришь? Посмотри на свою карту, на ней ты найдешь все интересующие тебя места. Сны обитают в одном городе, и он на самом деле не очень-то и большой. Город снов можно представить как подсознание человека, в котором отражаются все события из его реальной жизни, которые дополняются различными вариантами развития будущего и прошлого. Во сне личность разбивается на десятки и сотни персонажей и модулирует различные ситуации. Таким образом, происходит осмысление полученной за день информации.
— Допустим, я сплю, но почему я не могу проснуться?
Старик поднял ладонь, показывая, чтобы я замолчал. Его взгляд устремился в сторону моря. Поплавок ушел под воду, леска натянулась до предела и оборвалась. Старик спокойно отложил удочку, поднялся.
— Тебе пора уходить. Они уже здесь. Я постараюсь задержать их сколько смогу.
Из воды появилась голова чудища, в нашу сторону потянулись щупальца.
— Что это за уроды? – спросил я.
Старик на секунду замолчал, словно пытался осмыслить мои слова. Мне показалось, что мой вопрос загнал его в тупик. Я спросил снова:
— Кто это?
— Не знаю, как ты сюда попал, но, полагаю, ты сейчас находишься при смерти, с твоим организмом происходят какие-то изменения. Попасть в город грез можно во сне или же при потере сознания. Вероятно ты в отключке. Если сможешь побороть этих монстров, то вернешься в реальность.
— А если нет? – в ужасе спросил я.
— Скорость мысли приравнивается к бесконечности. Сознание будет модулировать сны, один за другим. Ты можешь убегать вечно. Но каждый раз тебя будут ловить и убивать. Пока ты, наконец, не сдашься окончательно и погибнешь.
Тварь приближалась. Старик достал динамит из-за пазухи, вспыхнула спичка, фитиль с шипением загорелся. Дымящийся заряд полетел в раскрытую пасть монстра. Мы укрылись за валуном. Раздался взрыв, берег вокруг нас забрызгало черной жижей. Старик озадаченно посмотрел на мой живот. Указал пальцем туда, где был нарисован горный поселок.
— А вот этого нет в твоем городе! Значит, карту рисовал не ты?
Я пожал плечами:
— Не знаю. Я не помню.
— Кто-то помог тебе. У всех людей модель города грез примерно совпадает, но есть мелкие различия. Кто-то нарисовал карту на твоем теле в реальности, исходя из знаний о своем городе.
«Кто бы это мог быть?» — про себя подумал я и вслух произнес:
— А почему я не встречал тебя раньше?
— Я много раз пытался тебе помочь, но, попадая в новый сон, ты все забывал. Ты думаешь, что переместился всего лишь в парочке снов? Это не так. Я участвовал в нескольких сотнях твоих перевоплощений. Все было напрасно. Только сейчас ты начал осознавать происходящее, в этом тебе помогла карта сновидений. Она заставила тебя задуматься над происходящим, взбудоражила твою память.
Старик выглянул из-за валуна, затем резко толкнул меня в спину.
— Беги! – прокричал он.
— А как же ты?
Он взглянул мне в глаза. Его зрачки начали меняться, приобретая черную окраску. Старик тихо проговорил:
— Беги, пока я еще могу сопротивляться.
Спорить было бесполезно, я сорвался с места, направляясь к скалам. Уже у подножья вспомнил про одежду, обернулся. Из воды выползали черные монстры, похожие на осьминогов. На горизонте показались грозовые облака, засверкали первые молнии, в лицо ударил холодный порыв ветра. Все вокруг словно хмурилось и давило своей грозностью, безысходность топила последние берега моих надежд на благополучный исход.
Я начал карабкаться вверх, огибая зазубрины опасных уступов. Ноги то и дело соскальзывали, пальцы исцарапались в кровь, но метр за метром вершина приближалась. Совсем обессилив, я перевалился на ровную площадку. Взглянул вниз. Черные твари заполонили все побережье, некоторые уже взбирались на скалу. Старика нигде не было. Я поднялся, побежал к противоположному краю площадки. Едва успел остановиться – дальше обрыв. Обратно дороги нет. Внизу могучие волны с шумом разбивались о скалы. Что же делать? Снова в лапы тварям? А если сам? Если уйти осознанно, то, возможно, получиться проснуться? По крайне мере хуже уже не будет, хуже просто не может быть. Сомнения развеялись. Я разбежался, прыгнул…

Звук бьющегося стекла, я пролетаю сквозь витрину магазина, падаю на каменную мостовую. Кувырок, вскакиваю на ноги, бегу. Мимо проносятся автомобили, водители отчаянно сигналят, выкручивая руль, чтобы не задавить безумного пешехода. Метрах в трех от себя замечаю бегущего наравне со мной мужчину. Я его преследую? Зачем? Может быть, это вор и он украл у меня кошелек, или…догоню и узнаю точно. Прыгаю через капот иномарки, успеваю ударить ногой в плечо убегающего. Он теряет равновесие и падает на асфальт, боковым зрением замечаю, как из машины выскакивает водитель, в руках монтировка. Я успеваю нанести серию ударов по ребрам убегающего, хватаю его за шиворот. Он не оказывает никакого сопротивления, это заставляет меня остановиться. Мужчина поднимает голову, его глаза начинают меняться, хрусталики мутнеют, заливаются черным цветом. Кто-то ударил в спину, я полетел на асфальт. Несколько рук вцепились в мою одежду, один из прохожих прыгнул прямо с тротуара на дорогу и захватил мою ногу, словно в тиски. Я ударил его коленом в лицо, дернулся в сторону. Рубашка разорвалась, оголяя татуированный торс. Взглянув на карту, я моментально вспомнил прошлые события. Словно вспышки от молнии, в голове пронеслись мысли, образы, места, где я был в предыдущих снах. Но ответа на главный вопрос все не приходило. Остается довериться рекомендации, оставленной на моем теле. «На этот раз вы меня не остановите» — проговорил я сквозь зубы. Вокруг нас образовалась толпа зевак, те, кто стоял ближе, начали извиваться, падать на землю, рвать на себе волосы, одежду. Но вскоре они поднимались, их взгляды становились безличными, черные бездушные зрачки обращались куда-то вдаль и словно по команде, люди срывались с мест и прыгали на меня. Но в этот раз им не удастся меня скрутить, что было силы, я рванул вверх, разбрасывая груду атакующих.
У тротуара открытая «хонда» белого цвета, водитель, который, скорее всего, корчиться вместе с остальными безумцами, забыл вытащить ключи зажигания, сажусь за руль. На капот запрыгнули двое преследователей, от ударов сверху крыша вмялась внутрь. Включаю заднюю передачу, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, скидывая надоедливых зомби. Рука мастерски орудует рычагом — первая передача, вторая, третья, вроде оторвался. Куда дальше? Карта! Необходимо добраться до небоскреба. Не сбавляя скорости, правой рукой отрываю зеркало заднего вида, ловлю в нем отражение нарисованного на теле города. Через три поворота будет нужная мне улица, которая напрямую выходит к «пункту назначения». Мысли носятся, словно белка в колесе. Каким образом карта помогает мне вспоминать прошлые события? Как она вообще могла оказаться у меня на теле, если я сплю? Если бы ее сделали в одном из снов, то в другом ее бы уже не было, значит, она носит более устойчивую основу. Главный вопрос – почему я не могу проснуться?
Выкручиваю баранку до предела, машина с визгом входит в первый поворот, зеркало улетело под сиденье. Ну и черт с ним, уже не далеко, расположение улиц четко отпечаталось в памяти.
Впереди путь перекрыт двумя автомобилями, дорожное полотно обрывалось, открывая взору огромный котлован, загроможденный различной техникой, строительными материалами, бетонными перекрытиями и железной арматурой. За котлованом возвышалось стеклянное здание. Прямой дороги к нему не было, а перелететь через котлован вряд ли получиться. Я замешкался в поиске возможного решения. Остановиться и попробовать найти обходной путь, или же пойти на риск? На ум пришло старое правило гонщиков — «Сомневаешься? Газуй!».
Рычаг ушел на четвертую передачу, мотор взревел с удвоенной силой. Прорывая оборону, машина вылетела с дороги. За секунду до того как ударная волна от передней части корпуса автомобиля дошла до кабины, успели раскрыться подушки безопасности. Машину тряхнуло, меня вдавило в переднее сиденье, капот наполовину ушел в песок, но подушки сделали свое дело, не дав мне вылететь через лобовое окно.
Выбираясь из ловушки, я вовремя успел пригнуться, над головой пронеслась железобетонная плита и рухнула на землю. Я проследил за направлением полета, по рельсам в мою сторону передвигался высотный кран. Стальные диски колес сошли на песчаную поверхность, корпус машины опасно накренился. Я побежал в сторону небоскреба, далее котлован резко заканчивался и переходил в асфальтированную дорогу, присыпанную песком. Как только я пересек невидимую линию, раздались звуки мощного удара, земля содрогнулась, в воздух поднялись клубы пыли и накрыли пространство вокруг. Я продолжил медленно передвигаться вперед, аккуратно ощупывая дорогу под ногами. Когда пыль осела, я оказался на мощенной каменной плиткой площади перед зданием.
Огромный стеклянный небоскреб, сверкающие зеркальные окна, верхние этажи теряются в небесной дали. Внутрь громадного строения движутся толпы людей. Живой поток не иссякает. Все, кого я видел вокруг, направлялись в здание. Я решил затесаться в толпе, поравнялся с небольшой группой. Мы вошли внутрь. В центре, по кругу, расположены стеклянные арки, за ними лестницы ведущие вниз.
Вместе с потоком людей меня занесло под свод прозрачного тоннеля. Живая река человеческих тел неумолимо неслась в глубь подземелья. В ушах нарастал гул, похожий на треск, который можно услышать в трансформаторных будках. Я обратился к мужчине в коричневом пальто:
— Зачем мы туда едем? Что там?
— А что здесь? – безнадежно парировал он.
В его голосе прозвучали нотки отчаяния, глаза были наполнены тяжелой грустью. Мне стало ясно, что расспрашивать кого-либо бесполезно. Стеклянный тоннель расширялся и переходил в просторный грот, на стенах виднелись вырезанные концентрические кольца, сверху свисали каменные сосульки, сталактиты и сталагмиты, кое-где под ногами попадались крошечные лужицы с оранжевой жидкостью. Гул усиливался. Я не выдержал, прокричал:
— Вы хоть знаете, куда мы идем? Хоть кто-нибудь вернулся?
— Все идут сынок, и мы тоже, говорят, эта дорога ведет в рай, — спокойно ответила милая старушка, она достала крестик, висящий на цепочке, поцеловала его, тихо произнося молитву. – Зачем возвращаться…
Я не поверил последним словам. Если бы там был рай, люди ломились бы к зданию, а не шли стройными рядами, словно под гипнозом, да и еще под землю. Что-то не чисто. В чем же подвох?
Грот все увеличивался, поглощая новых прибывающих жителей. Впереди показалось черное озеро, в центре, вокруг каменного острова, тихая гладь воды пребывала в смиренном спокойствии, но по берегам открывалась картина, которая при дальнейшем рассмотрении, вызывала душевную дрожь. Волосы встали дыбом, спина покрылась испариной, я не мог сдержать чувство волнения. Люди следовали к воде, заходили в черную вязкую массу и… погружались в нее. Черные сгустки, поглощали тела, растворяя их, словно серная кислота. Кто-то, опомнившись, пытался вырваться, но жидкость не отпускала, затягивала и обволакивала, погружая на дно. Я вцепился в руку первого попавшегося мужчины:
— Стойте! Вы разве не видите, куда идете?
— Так задумано творцом, – с благоговением проговорил он. — Наши тела лишь бренная масса, пропитанная сознанием. Мы должны искупить свои грехи, растворить всю мерзость человеческого бытия. Господь заберет нас к себе.
Только после этих слов, я обратил внимание, что каменный остров в центре озера на самом деле не был пуст. Что-то огромное, бесцветное, практически невидимое человеческому глазу покоилось там. Я смог заметить легкое колебание воздуха, слабое свечение, неясные блики, похожие на отражение лунного света в ночных окнах. Какая-то сущность притягивала к себе людей, заставляла их погружаться в воду. Я подобрал камень размером с кулак и запустил его в сторону острова. В воздухе вспыхнула яркая вспышка, побежали розовые молнии, послышался треск, значит, все-таки там что-то есть. Я начал хватать людей за руки, оттаскивать их от опасной жижи, просто толкал друг на друга, лишь бы они не приближались к смертельной ловушке. От одной из прибывших групп отделилось трое человек, и направились в мою сторону. Их глаза сверкали неистовой чернотой, безличной, поглощающей. Я прокричал:
— Нет! Вам не удастся меня сломить.
Тот, который был поздоровее, пошел напролом, двое решили обойти по бокам. От удара в челюсть я успел увернуться, присел и прыгнул, атакуя здоровяка головой в живот. Он полетел на пол, сбивая нескольких человек. Один из нападавших вцепился в мою левую руку и попытался взять на излом. Я развернулся, правый кулак обрушился на голову противника. Последнего я схватил за грудки и бросил через спину в озеро. Жидкость, словно живая сущность разом поглотила тело.
— Ну, кто следующий?
— Тебе не справиться со всеми.
Я услышал знакомый голос старца. Седовласая голова показалась среди толпы. Он приблизился.
— Ты живой? – спросил я.
— Я часть защитной системы, внутренний охранник. Я срабатываю при опасных перегрузках организма и не могу умереть, как персонаж сна, поскольку им не являюсь. Моя цель предотвращать запредельную нагрузку, чтобы сохранить жизнь. Я обнаружил, что ты не являешься частью организма и для меня цель твоего присутствия здесь пока не ясна. Система жизнеобеспечения воспринимает тебя как вирус и пытается уничтожить. Я не могу противостоять системе и иду против правил, помогая тебе. Если иммунитет не справиться с тобой, организм истощится в борьбе и погибнет, чего допустить нельзя.
— Так что же нам делать?
— Ты должен вспомнить с чего все началось? Вспомнить цель и причину твоего присутствия здесь.
— Я пытался много раз, но все без толку.
— Старайся лучше!
Старец совершил молниеносное движение, его рука ударила в мое солнечное сплетение, ладонь слилась с телом. По нервным окончаниям пробежал импульс, глаза старика засветились. Он отдернул руку, вслед за ладонью в воздух вырвалась трехмерная модель карты, растянулась между нами. Я заворожено смотрел на город — он жил своей жизнью! На дорогах проносятся автомобили, улицы заполнены людьми, над домами проплывают крошечные облака. Меня потянуло внутрь, я поднялся в воздух и завис над голограммой города. Время замедлило бег, люди вокруг замерли.
— Вспоминай! – прокричал старик, его слова донеслись, словно со дна колодца. – Карта поможет собрать твою память воедино. Твое сознание неразрывно связано с городом снов.
Я начал изучать улицы, стараясь вспомнить сны, которые связаны с этими местами. В западной части карты нашлась закусочная, вот улица «строителей», место, где произошла авария до сих пор огорожено, за границей города разрезает волны острый гребень скал, на который меня забросило в третьем сне. Я еще раз окинул взором ожившую голограмму: ближе к центру находится парк с вытесанными в камне героями моих любимых книг. Меня настигло новое воспоминание, очередная погоня, с трагическим финалом. За первым воспоминанием пошла целая серия ярких образов, в которых я убегал от странных людей. Все новые сны вливались в мою память. Маленькие кусочки начинали склеиваться в одну большую картину. На меня обрушился огромный поток информации. Сознание словно провалилось в темную бездну, свет погас, но тут же вспыхнул с новой силой. Я оказался в стеклянном шаре, размером с двухэтажный дом, по поверхности которого бегали электрические импульсы. То и дело появлялись линии, узлы, мелькали цифры и исчезали. Я захотел выбраться из шара, мое тело начало расти. Вскоре шар предстал в роли маленькой сферы, которая была соединена тонкими жгутиками с другими такими же стеклянными бусинками, сотнями, тысячами, вместе составляя объемную конструкцию. Она постоянно перемещалась, двигалась, меняла форму. Мое тело продолжило рост, конструкция приняла форму шестеренки. Я поднимался выше. К шестеренке прибавились новые детали, вместе они образовывали работающий механизм, первое, что приходило на ум – это механические часы, но намного сложнее, совершеннее. Вся конструкция была прозрачной, внутри нее постоянно мелькали голубоватые вспышки. Очередная вспышка вызвала в моем сознании неясный образ. Миллионы застывших маленьких, прозрачных устройств. Вокруг все бурлило, переливалось, смешивалось и растворялось, но крошечные алмазики оставались обездвиженными. Я почувствовал давление изнутри, все вокруг начало уменьшаться, меня переместило в следующий образ. Лаборатория, группа ученых, на мониторах компьютеров бежит поток цифр. Я вижу себя лежащим на операционном столе, капельница, кислородная маска, равномерный пикающий сигнал. Подхожу к столу, вглядываюсь в лицо. Да, это я. Двойник открывает глаза, наши взгляды встретились. Очередная вспышка. С невообразимой силой нахлынула волна образов и заполнила мой разум недостающей информацией. Я вернулся к созерцанию прозрачного механизма. Окружающая обстановка приходит в движение, цвета сливаются, меня закрутило и выбросило в зал стеклянного небоскреба.
Старик убрал руку, я повалился на пол. Он поднял руки на уровень груди, с ладоней сорвались два светящихся шарика и воспарили в воздух, увеличиваясь в размерах, пока не поглотили нас обоих. Мы оказались внутри прозрачной сферы. Черноглазые, попытались атаковать, но напоролись на невидимую преграду, их руки принялись безрезультатно колотить по воздуху, пальцы тщетно старались прорвать крепкую защиту.
— Это задержит их не надолго, — задумчиво проговорил старик, и более сурово обратился ко мне: – Ты вспомнил хоть что-нибудь?
— Почти все. Я экспериментальный разум. Оцифрованная копия сознания, программа. В тело подопытного введены нанороботы, но пока они в законсервированном состоянии. Сознание индивида не способно вступить с ними в контакт, не хватает мощности интеллекта. Я — ключ, который поможет оригиналу вступить во взаимодействие с программным обеспечением роботов. Иммунная система двойника пытается меня остановить, приняв за вредоносный вирус, все больше истощая себя в борьбе. Если погибнут все персонажи города, организм превратиться в бесполезную груду мышц. Операция будет провалена.
— Это объясняет, почему ты не можешь проснуться. Тебе некуда просыпаться, сновидения — твой реальный мир. Но как ты смог оказаться во сне своего двойника, если ты являешься копией его сознания? Как тебя запихали в его голову?
— Мой прототип с группой ученых сконструировали дешифратор, кодирующий входные и выходные сигналы мозга в цифры. Но они не смогли разобраться в огромном объеме несвязной информации. Выходила бесконечная числовая каша, занимающая терабайты памяти, и невозможно было выделить сигналы, отвечающие за личность индивида. Тогда ученые пошли на хитрость, применив метод «от обратного». Был написан игровой симулятор, по подобию приставочных байм, но с единственным персонажем – боевым противником. Подопытный часами просиживал перед монитором, пытаясь одолеть единственного соперника. Они продолжали этот эксперимент пока у человека не появились сны, с участием героя из симулятора, была выявлена фаза сна, соответствующая этому. Постепенно, из общего потока, вылавливались данные игрового персонажа. Причем, во сне он повторял все те же движения, которые были запрограммированы для него в байме, поэтому процесс распознавания упрощался. В итоге они получили цифровую копию героя из игры, который в дальнейшем был изменен под двойника испытуемого. Его дополнили данными по управлению нанороботами и другой полезной информацией. Так получился я. Затем мой образ, в качестве сигнала послали в мозг человека. Моя задача — провести синхронизацию хотя бы с одним индивидом.
Я поднялся, оглядел грот в поисках подходящего человека. Как по команде, все люди обернулись в мою сторону, у каждого из них вместо глаз зияла черная пустота. Я встал в боевую стойку, готовый драться до конца.
— Мы не сможем одолеть их всех, – сказал старец. – И у меня нет решения данного вопроса.
— Ты можешь прикончить меня и найти в новом образе сна?
— Я могу попытаться. А что дальше?
— Снова прикончить.
Старец озадаченно посмотрел в мои глаза. Я усмехнулся.
— Не беспокойся, система защиты не может поработить меня. Мое сознание это сложный замкнутый процесс, который невозможно ни исправить, ни уничтожить. Я создан для одной цели – апгрейт данного индивида, и могу лишь стать частью целого. Мы должны выиграть время. Ты будешь убивать меня до тех пор, пока мы не встретим персонажа, с которым я успею синхронизироваться до того, как его захватит система. Ты готов?
Когда рука ближайшего из людей почти успела ухватить меня, старик вонзил ладонь в мое солнечное сплетение. Мир закружился. Один за одним менялись образы снов. Я успевал замечать лишь обрывки окружающей обстановки.
Мы оказались на безлюдном тротуаре, одной из городских улиц. Дверь одного из магазинчиков напротив — отворилась, на улицу вышла сексапильная блондинка. В руках она держала бумажные пакеты с покупками. Я намеренно споткнулся и задел девушку плечом. Она опасно зашаталась на каблуках, пакеты выпали из рук, покупки вывалились на асфальт. Я извинился, предложил помощь и начал собирать вещи . В подходящий момент, когда наши лица находились на благоприятной близости, я прильнул к ее губам.
Блондинка рассержено вскочила на ноги, я подал ей пакеты. Она отвесила мне пощечину и, поправив прическу, продолжила свой путь.
Я по-идиотски улыбнулся в ответ.
— И ты так просто отпустишь ее? – Возмутился старец. – Ведь она пока единственная с кем ты смог синхронизироваться.
— Контакт произошел, я заразил ее. Хоть общее сознание и расщеплено на индивидуальных персонажей, но они поддерживают тонкую связь между собой. Этого хватит, чтобы перепрограммировать всех. Буквально через считанные секунды люди уже не будут неподвластны системе, и произойдет полное слияние с моей программой. Мой код вольется в сознание человека и начнется трансформация базисной структуры мышления. Так же будут загружены программы управления нанороботами.
Старец спросил:
— В здании на мой вопрос о воспоминаниях, ты ответил «почти». Что это значит?
— Система пыталась меня уничтожить, в качестве орудия она использовала персонажей сознания. Но те черные сущности с когтистыми щупальцами и нечто, толкающее людей в пропасть, не относятся к организму моего носителя. Это, как и в моем случае, какое-то внешнее вмешательство, однако я был опознан как вирус, а им система не оказывает никакого сопротивления, словно не замечает. В этом вопросе я не смог разобраться. Я думаю, мой загадочный помощник выделил стеклянный небоскреб, в центре карты, желая привести меня к этой мысли. Отсюда вытекает следующий вопрос – кто мне помог? Кто нарисовал карту на теле моего прототипа? Из группы ученых никто не обладал такой информацией. Если бы не карта, то я бы так и блуждал по мирам сновидения, погруженный в сиюминутные проблемы, вечно убегая от бесчисленных преследователей, и вся операция бы провалилась. Возможно, когда я полностью сольюсь с сознанием индивида, найдутся некоторые ответы.
— Может быть, мы еще увидимся?
— Хм, все возможно.

Я открыл глаза, свет люминесцентных ламп отражался от белых кафельных стен, заполняя собой все помещение. «Он пришел в себя!» – услышал я восторженный крик, моего помощника Николая.
— Наконец-то проснулся, – тихо произнес я.
— Как ты себя чувствуешь?
С трудом, сфокусировав взгляд, я смог разглядеть лицо моего коллеги: уставший вид, красные глаза, черные круги вокруг.
— Все в норме,– ответил я. На данном этапе я еще продолжал чувствовать раздвоенность сознания, из-за незавершенной трансформации. — Синхронизация прошла успешно, уровень слияния девяносто три процента. Сознание осваивает интерфейс управления, через пару часов я буду готов приступить к первым испытаниям. У меня возникло несколько вопросов…
Я задрал одежду на животе. Николай расслабленно махнул рукой и спокойно проговорил:
— А, ты про это. В принципе рассказывать нечего. Твой организм не захотел принимать чужеродное вмешательство и начал бороться. Когда ты впал в кому, мы испробовали все возможные средства, чтобы тебя вытащить. Но попытки не давали результатов. Стас даже обращался к экстрасенсам, но ты же понимаешь, что все это ерунда.
Я указал пальцем на татуировку:
— Так кто же это все-таки сделал?
— Если честно, то я уже почти забыл. Все произошло как-то спонтанно, необычно…
— Давай ближе к делу.
— В общем, среди ночи к нам в лабораторию пришел незнакомец.
— Как он выглядел? – перебил я Николая.
— Я не запомнил. Странно как-то, но не могу вспомнить лица, даже цвет волос, образ расплывается. Мне даже кажется, что все это приснилось. Он сказал, что у нас одна цель и взаимопомощь в наших общих интересах. Без каких либо объяснений он достал машинку и принялся наносить татуировки.
— И вы даже не пытались его остановить?
— Я же говорю, все было как во сне…странно, — ответил Николай, в его голосе ощущалось скрываемое беспокойство.
— А имя. Он назвал свое имя?
— А черт, кажется, забыл. Что-то похожее на «наемник»! Нет, охотник! Точно, «охотник за кошмарами».
— Наверное, какой-то псевдоним.
Скорость реакций в моем организме постепенно увеличивалась. Николай как-то загадочно шевелил губами, до моих ушей доходили обрывки не связных звуков. Я понял, у меня начинает изменяться восприятие времени, скоро все вокруг станет застывшим трехмерным фильмом. Я осознанно переключился в обычный человеческий режим.
— …затем мы послали сигнал, содержащий обновленную версию цифровой копии персонажа. Так ты говоришь, у тебя возникло два вопроса. Про татуировки мы, с горем пополам, выяснили. Какой следующий вопрос? – спросил Николай.
— Я выяснил, что в мое сознание происходит чужеродное вмешательство. Кто-то или что-то смогло внедриться в подсознание и производит в нем свои манипуляции. Необходимо выяснить присутствует ли этот паразит в сознании других людей.
— Какой паразит? Какие еще манипуляции?
Я почувствовал чье-то присутствие. Организм вернулся в скоростной режим. Краем глаза я зафиксировал движение. В отражении оконного стекла мелькнула уже знакомая тень от когтистого щупальца. Поднимаясь, я ответил:
— А вот это я и попытаюсь выяснить…

(Цифра 20, 1 сегодня)




Еще почитать:

Нет пока комментариев.

Добавить комментарий